Яёи Кусама
Яёи Кусама строила своё искусство вокруг повторения, секса, смерти, страха и идеи исчезновения. Точки, сетки, зеркала, тыквы и бесконечно повторяющиеся формы стали её способом работать с галлюцинациями, которые она испытывала с детства.
Кусама родилась в японском городе Мацумото в 1929 году. Рисовать она начала ещё ребёнком, а позже изучала традиционную японскую живопись. Семья не поддерживала её желание стать художницей. В 1957 году Кусама уехала из Японии в США, а год спустя перебралась в Нью-Йорк.
Кусама родилась в японском городе Мацумото в 1929 году. Рисовать она начала ещё ребёнком, а позже изучала традиционную японскую живопись. Семья не поддерживала её желание стать художницей. В 1957 году Кусама уехала из Японии в США, а год спустя перебралась в Нью-Йорк.
Яёи Кусама
Впиши свою почту и читай статью о Мастере чувственной документальной фотографии! Это позволит создавать нам больше качественных материалов эксклюзивно для наших читателей.
И читай статьи о фотографии, искусстве и мультимедиа БЕСПЛАТНО!
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных
«Я превращаю мучающие меня галлюцинации и навязчивые образы в скульптуры и картины».
Её отношения с матерью были особенно сложными. Мать категорически не принимала решение Кусамы стать художницей, и они постоянно спорили о её будущем. В послевоенной Японии женщина, выбирающая самостоятельную жизнь художницы, шла против традиционных представлений о том, какой должна быть женщина. Кусаме пришлось бороться с давлением семьи, которая хотела для неё более традиционного пути. Эти конфликты, вместе с галлюцинациями, которые она испытывала с детства, стали важной частью того, как Кусама воспринимала себя и своё искусство.
В Нью-Йорке она начала создавать большие монохромные картины, покрытые тысячами повторяющихся знаков. Так появились её Infinity Nets. Она также делала мебель, покрывая её мягкими сшитыми фаллическими формами. Секс с самого начала был прямой частью её искусства и соединялся в работах со страхом и навязчивыми состояниями.
Вскоре Кусаме стало тесно в рамках живописи. В 1960-е годы она устраивала перформансы с обнажёнными людьми, сексом, раскрашиванием тел и политическими протестами. Участников часто покрывали её фирменными точками. Некоторые публичные акции Кусамы прекращала полиция.
В Нью-Йорке она начала создавать большие монохромные картины, покрытые тысячами повторяющихся знаков. Так появились её Infinity Nets. Она также делала мебель, покрывая её мягкими сшитыми фаллическими формами. Секс с самого начала был прямой частью её искусства и соединялся в работах со страхом и навязчивыми состояниями.
Вскоре Кусаме стало тесно в рамках живописи. В 1960-е годы она устраивала перформансы с обнажёнными людьми, сексом, раскрашиванием тел и политическими протестами. Участников часто покрывали её фирменными точками. Некоторые публичные акции Кусамы прекращала полиция.
Центральным понятием её искусства стало «самоисчезновение» - self-obliteration. Покрывая людей, мебель, стены и целые комнаты точками, Кусама пыталась стереть границу между отдельным человеком и окружающим миром. Она напрямую связывала эту идею со своими галлюцинациями.
Психическое состояние Кусамы было тесно связано с её искусством. После возвращения в Японию в 1973 году она в 1977 году добровольно легла в психиатрическую больницу в Токио. Она решила остаться там и продолжала работать в студии неподалёку.
Позже появились её знаменитые Infinity Mirror Rooms. Зеркала, свет и повторяющиеся предметы заполняют закрытые пространства, создавая ощущение бесконечности. Зритель становится частью работы: его отражение появляется среди множества других отражений и объектов.
Психическое состояние Кусамы было тесно связано с её искусством. После возвращения в Японию в 1973 году она в 1977 году добровольно легла в психиатрическую больницу в Токио. Она решила остаться там и продолжала работать в студии неподалёку.
Позже появились её знаменитые Infinity Mirror Rooms. Зеркала, свет и повторяющиеся предметы заполняют закрытые пространства, создавая ощущение бесконечности. Зритель становится частью работы: его отражение появляется среди множества других отражений и объектов.
«Я делаю их снова и снова, продолжая делать, пока не похороню себя в этом процессе».
Кусама снова и снова возвращалась к нескольким простым формам. Тыквы в горошек стали одним из её самых узнаваемых образов, а фаллические скульптуры продолжили раннюю тему сексуальности и страха. Яркие цвета и почти игрушечный вид этих работ часто скрывают гораздо более тяжёлые темы.
Она также писала романы и стихи, снимала фильмы, создавала одежду и сотрудничала с коммерческими брендами. В 2012 году Кусама начала сотрудничество с Louis Vuitton, создав коллекцию, покрытую её фирменными точками. Её рисунки появились на сумках, обуви, одежде и аксессуарах, и её искусство вышло далеко за пределы музеев и галерей.
Точки Кусамы постепенно стали частью массовой культуры. Её работы начали появляться не только в музеях, но и в магазинах, рекламе, моде и популярных медиа.
Она также писала романы и стихи, снимала фильмы, создавала одежду и сотрудничала с коммерческими брендами. В 2012 году Кусама начала сотрудничество с Louis Vuitton, создав коллекцию, покрытую её фирменными точками. Её рисунки появились на сумках, обуви, одежде и аксессуарах, и её искусство вышло далеко за пределы музеев и галерей.
Точки Кусамы постепенно стали частью массовой культуры. Её работы начали появляться не только в музеях, но и в магазинах, рекламе, моде и популярных медиа.
Кусама умерла в Токио 14 августа 2026 года в возрасте 97 лет. Её студия не сообщила причину смерти. До конца жизни она продолжала работать.
За зеркалами, точками и яркими цветами стояли личные переживания Кусамы - галлюцинации, тревога, сексуальность и страх смерти. На протяжении десятилетий она превращала их в картины, перформансы, скульптуры и пространства, в которых зритель буквально оказывался внутри её мира.
За зеркалами, точками и яркими цветами стояли личные переживания Кусамы - галлюцинации, тревога, сексуальность и страх смерти. На протяжении десятилетий она превращала их в картины, перформансы, скульптуры и пространства, в которых зритель буквально оказывался внутри её мира.