Нан Голдин

Многие художники и фотографы стараются не демонстрировать в своих работах неприглядную сторону жизни, причём как своей собственной, так и окружающих их людей.

В «бытовухе» мало красоты и лиричности, в ней сложно черпать вдохновение. Однако есть поистине уникальные творцы, которые во всех неприятных и болезненных поворотах колеса судьбы видят красоту мгновения. К таким людям относится и фотохудожница Нан Голдин, основательница дневниковой фотографии.

Нан Голдин родилась в 1953 году в семье интеллигентов, но еще в детстве познала сложности жизни — когда ей было 11 лет, ее 18-летняя сестра, один из самых близких для нее людей, кончает жизнь самоубийством. На девочку это событие сильно повлияло, в дальнейшем ее психотерапевтка не раз отмечала, что она сама была склонна к самоубийству. Чтобы ее жизнь не оборвалась так же печально, Нан в 15 лет начала фотографировать всех близких ей людей, как она сама говорила, «чтобы помнить». Так у нее появился свой дневник, который есть почти у каждой девочки, который обычно прячут под подушкой и не показывают маме. Но в ее случае этот дневник стал известен всему миру.


«Дневник, в том числе и визуальный, может быть правдивым только в том случае, если он снят человеком, который разделяет этот образ жизни, эти ценности и взгляды на мир.».


Ее самостоятельная жизнь началась слишком рано — из-за подросткового бунтарства Нан сбежала из семьи в 14 лет. В 1977 году она окончила школу Музея изящных искусств Бостона и переехала в Нью-Йорк, где продолжила фотографировать свою теперь сильно разросшуюся семью, состоявшую из друзей, дальних родственников и любовников. Это эпоха панков, сексуальной раскрепощённости и повального увлечения наркотиками, и именно это и начинает с конца 70-х снимать Нан Голдин.

Для нее это не репортажная съемка, Нан не видит в этом каких-то диковинных и непривычных ее взгляду вещей, потому что она сама часть среды панков. Дневник, в том числе и визуальный, может быть правдивым только в том случае, если он снят человеком, который разделяет этот образ жизни, эти ценности и взгляды на мир.
С точки зрения профессионалов ее снимки выполнены более чем небрежно и даже скорее любительски. Она использовала стандартную 35-миллиметровую пленку, на которой потом оставался отпечаток нью-йоркской богемы тех лет.

В богемные круги тогда можно было попасть разными способами, но почти всегда желанными гостями там были трансвеститы. Именно на них, а также на lgbt+ персонах Нан наводила объектив своей камеры.

В дальнейшем Нан Голдин стала снимать еще более откровенные и «непристойные» мотивы — обнаженных любовников различных ориентаций, опиумных и иного рода наркозависимых, последствия сексуального и физического насилия. Как она сама нередко отмечает во многих интервью, когда она только начала заниматься фотографией, в обществе господствовала точка зрения, что женщина по своей природе не может быть хорошим творцом.

Но она не только с блеском опровергла это заявление, но и взяла на себя демонстрацию тех аспектов человеческой жизни, которые даже умудренные опытом фотографы старались обходить стороной.

«Когда ты запечатлеваешь такие страшные моменты, то потом не можешь сказать, что этого не было: фотография — это доказательство. Многие женщины, видевшие эту серию, благодарили меня. Хотя многие все равно возвращаются к своим возлюбленным, которые относятся к ним ужасно».

Наибольший интерес представляет ее самая первая серия фотографий «Баллада о сексуальной зависимости». Это 750 фотографий-карточек с воспоминаниями, среди которых и ее знаменитый автопортрет, где Голдин избита своим парнем, с которым на тот момент жила.

«Нан через месяц после избиения» — это фиксация факта, который никак нельзя забыть. Это напоминание на будущее, что такого больше никогда не должно повториться как в жизни самой Голдин, так и в жизни каждой женщины.

Хотя личная жизнь Нан Голдин была в духе ее же фотографий — она никогда не имела мужа и детей, вела свободный образ жизни, имела множественные сексуальные связи с людьми разных гендерных идентичностей, и нередко вступала в связь в нетрезвом или «не чистом» состоянии (она смогла справиться с наркотической зависимостью только ближе к 2000м). Но это не отменяет того факта, что домашнее насилие должно быть наказуемым.
В 1986 году Нан Голдин издает альбом «Баллады о сексуальной зависимости», в начале 90-х также публикует книги «Другая сторона» и «Двойная жизнь». И после этого до 2010-х годов внезапно пропадает из медиа пространства. Она хранила молчание вплоть до 2014 года, когда опубликовала альбом «Эдем и после» с фотографиями детей.

Не обошлось и без скандалов — многие критики проводили параллели проекта «Эдем и после» с самым первым, намекая на сильный отсыл к детской порнографии во всех снимках.

Однако Нан Голдин резко отвергает все нападки на нее, еще раз напоминая своим зрителям, что она лишь фотографирует жизнь как она есть.
Автор Анна Лаза
Нан Голдин Инстаграм
Больше фотографий с историей создания известных снимков в нашем Инстаграме